Неточные совпадения
Притом тетка слышала, как Штольц накануне отъезда говорил Ольге, чтоб она не давала дремать Обломову, чтоб запрещала спать, мучила бы его, тиранила, давала ему разные поручения — словом, распоряжалась им. И ее просил не выпускать Обломова из вида, приглашать почаще
к себе, втягивать в прогулки, поездки, всячески шевелить его, если б он не
поехал за
границу.
Уже раз взявшись за это дело, он добросовестно перечитывал всё, что относилось
к его предмету, и намеревался осенью
ехать зa
границу, чтоб изучить еще это дело на месте, с тем чтобы с ним уже не случалось более по этому вопросу того, что так часто случалось с ним по различным вопросам. Только начнет он, бывало, понимать мысль собеседника и излагать свою, как вдруг ему говорят: «А Кауфман, а Джонс, а Дюбуа, а Мичели? Вы не читали их. Прочтите; они разработали этот вопрос».
Еще в феврале он получил письмо от Марьи Николаевны о том, что здоровье брата Николая становится хуже, но что он не хочет лечиться, и вследствие этого письма Левин ездил в Москву
к брату и успел уговорить его посоветоваться с доктором и
ехать на воды за
границу.
И доктор пред княгиней, как пред исключительно умною женщиной, научно определил положение княжны и заключил наставлением о том, как пить те воды, которые были не нужны. На вопрос,
ехать ли за
границу, доктор углубился в размышления, как бы разрешая трудный вопрос. Решение наконец было изложено:
ехать и не верить шарлатанам, а во всем обращаться
к нему.
Мысли о том, куда она
поедет теперь, —
к тетке ли, у которой она воспитывалась,
к Долли или просто одна за
границу, и о том, что он делает теперь один в кабинете, окончательная ли это ссора, или возможно еще примирение, и о том, что теперь будут говорить про нее все ее петербургские бывшие знакомые, как посмотрит на это Алексей Александрович, и много других мыслей о том, что будет теперь, после разрыва, приходили ей в голову, но она не всею душой отдавалась этим мыслям.
— Больше я не стану говорить на эту тему, — сказал Клим, отходя
к открытому во двор окну. — А тебе, разумеется, нужно
ехать за
границу и учиться…
Раньше почти равнодушный
к деньгам, теперь он принял эти бумажки с чувством удовлетворения, — они обещали ему независимость, укрепляли его желание
поехать за
границу.
Вдруг ровно его осветило. «Митя не в ярманке ли? — подумал он. — Не сбирался он
к Макарью, дел у него в Петербурге по горло, да притом же за
границу собирался
ехать и там вплоть до глубокой осени пробыть… Однако ж кто его знает… Может быть, приехал!.. Эх, как бы он у Макарья был».
С интересом туриста
ехал я на Страсбур — тогда еще французский город, с населением немецкой расы,
ехал демократично, в третьем классе, и дорогой видел много характерного, особенно когда из Страсбура отправился
к немецкой
границе. Со мною сидели солдаты и шварцвальдские крестьяне. Францию любили не только эльзасцы и лотарингцы, но и баденские немцы. Близость офранцуженных провинций делала то, что и в Бадене чувствовалось культурное влияние Франции.
Мой врач настоял на том, что мне необходимо
ехать за
границу, и вот я опять на пути
к Парижу.
Проводив накануне сына за
границу, удалив его от опасности, оградив от неизбежного, по ее мнению, падения и позора, словом — исполнив долг матери, княгиня
поехала к обедне, дабы сосредоточиться в молитве и достигнуть забвения происшедшего и найти силы для хладнокровного, беспристрастного осуждения виновной; но в благоговейной обстановке храма ее не покидало воспоминание ряда безобразных картин пережитого.
Письмо было
к матери; он извещал ее о своем твердом намерении опять
ехать за
границу и притом очень скоро.
Большинство исторических источников, враждебно относящихся
к деятельности графа Аракчеева во время царствования императора Александра Павловича, видят в этой заботе о здоровье графа и советах ему
ехать за
границу лишь предлог деликатно удалить его от управления государственными делами, так как император Николай Павлович признал-де его деятельность вредною для России.
Так и
поехали втроем в дальнюю дорогу… Не стоит описывать, как они переехали через
границу и проехали через немецкую землю; все это не так уж трудно.
К тому же, в Пруссии немало встречалось и своих людей, которые могли указать, как и что надо делать дорогой. Довольно будет сказать, что приехали они в Гамбург и, взявши свои пожитки, отправились, не долго думая,
к реке, на пристань, чтобы там узнать, когда следует
ехать дальше.
— Ты приезжай
к нам завтра обедать, — говорил он дорогой, держа его под руку, — а на Пасху
поедем вместе за
границу. Тебе необходимо проветриться, а то ты совсем закис.
Караулов, еще совсем молодой человек, был уже гордостью русского медицинского мира. С год тому назад он защитил блестящим образом докторскую диссертацию и вместо того, чтобы
поехать за
границу готовиться
к профессуре, сам вызвался
ехать на борьбу с посетившей его отечество страшной гостьей — холерой.
Я решила перебраться в город завтра. Погода порядочная, но непрочная. Степе неприятно… Довольно с него природы, гулянья и купанья. Прямо с дачи за
границу нельзя
ехать. Ничего еще не приготовлено… У меня и бумаг никаких нет для паспорта. Да и
к чему торопиться? Я думаю даже, что лучше
ехать к зиме. Я ни
к кому, конечно, не
поеду; но как будто нельзя провести месяц, другой потихоньку?.. Успеешь получше уложиться и обсудить все.
— Да, уезжаю. Доктор уверил отца, что мне это после болезни необходимо. Кроме того, отец давно хотел, чтобы я
поехал за
границу и заехал в Париж,
к моему двоюродному дяде, которого он любит как родного брата. Теперь случай представился, я выхожу в отставку и
еду.
Всякие человеческие отношения между нами должны быть покончены навсегда!» Домна Осиповна затрепетала от ужаса и сейчас же
поехала к Бегушеву; но там ее Прокофий не принял и сказал, что барин уехал или в Петербург, или за
границу — неизвестно!
— Нет, она с сестрой уехала сегодня утром
к тете, в Пензенскую губернию. А зимой, вероятно, они
поедут за
границу… — добавила она, помолчав. — Вороне где-то… бо-ог послал ку-усочек сыру… Написала?
Ежели за
границу ехать, — не лежит у меня сердце
к этой загранице!
— Глупо, Васичка! Я ведь знаю, какие у тебя мысли! Я знаю, что ты думаешь… Но, я тебя уверяю, он у меня даже во время прогулок не выходил из
границ. Например,
едем ли в горы, или
к водопаду Учан-Су, я ему всегда говорю: «Сулейман,
ехать сзади! Ну!» И всегда он
ехал сзади, бедняжка… Даже во время… в самых патетических местах я ему говорила: «А все-таки ты не должен забывать, что ты только татарин, а я жена статского советника!» Ха-ха…
Что я теперь? Что мне делать и как жить? Я продала бы это имение и
поехала за
границу, но его брат претендует на наследство, возможен процесс. Я не хочу уступать своего без законных
к тому оснований и не вижу их в претензии его брата. Как ты об этом думаешь?
И, как только кончилась война, мы и принялись за дело: тысячи народа хлынули за
границу, внешняя торговля усилилась с понижением тарифа, иностранцы явились
к нам строить железные дороги, от нас
поехали молодые люди в иностранные университеты, в литературе явились целые периодические издания, посвященные переводам замечательнейших иностранных произведений, в университетах предполагаются курсы общей литературы, английского и французского судопроизводства и пр.
— Я — жертва неопытной мечтательности и жажды благородных подвигов, и так как мы
едем вместе за
границу, то когда-нибудь я расскажу вам подробно историю моей жизни. Теперь же могу сказать только одно: молодой человек! берегитесь мечтательности! Ибо мечтательность, даже в
границах области предупреждения преступления, далеко не всегда ведет
к тому концу, который она самонадеянно себе предназначила.
Священник. Теперь
еду к архиерею на испытание. Боюсь, что сошлют в Соловецкий. Думал одно время за
границу бежать, вас просить, потом раздумал: малодушие. Одно — жена.
Или вот,
едет он за
границу и в Люцерне наблюдает, как нищий-певец поет перед богатым отелем, как богачи туристы с удовольствием слушают его и холодно отворачиваются, когда он протягивает
к ним шапку.
Любочка. Ну, как ты хочешь, Anatole? Ведь все родные, друзья только самые близкие, и то мы стольких обидели! Так что ж,
поедем к папа? А оттуда уж прямо… Как подумаю, через двенадцать дней уж за
границей… Как славно!
Иван Михайлович. Потом
поедете вы
к нему. Отец с матерью, как водится, не
поедут. У него, должно быть, чай будет… так, знаешь, конфекты там, фрукты для барышень, ну, бульончик в чашечках, рыба, что-нибудь на холостую ногу… Разумеется, шампанского там выпьете… Потом ко мне ужинать и провожать (от меня уедут). Поужинаем, выпьем за здоровье молодых. (Уж какая мадера! венгерское! еще отец из кампании привез — сорок пять лет!)… Подвезут карету… уложат приданое… благословим, и
поедут с богом за
границу.
Беклешов. Да не в том дело, батюшка. Не купеческая это свадьба, и уж на то так придумано, что из-под венца в экипаж, и
едут за
границу. (
К лакею.)Что, заложены, что ль? Да смотри ключ в передок положи. А сало? Вот не подумай за них! Да вот чемодан бери. (
К родственнику.)Ах, вы! только мешаетесь тут!.. и
к чему белый галстук надели, крест!.. все это смешно. Видите: я в сюртуке, и жених в сюртуке.
Константин, неспособный ни
к какому роду лжи, начал было рассказывать: что мы такие-то и
едем провожать Гоголя, отправляющегося за
границу; но Гоголь поспешно вскочил и сказал, что мы
едем на дачу и сегодня же воротимся в Москву.
— Я освобождаю тебя от необходимости притворяться и лгать, — продолжал Николай Евграфыч. — Если любишь этого молодого человека, то люби; если хочешь
ехать к нему за
границу, поезжай. Ты молода, здорова, а я уже калека, жить мне осталось недолго. Одним словом… ты меня понимаешь.
Летом мы
поедем за
границу, и ты этому самому медиумству будешь учиться там у знаменитого и самого главного медиума Юма, а теперь пока нынешнюю зиму привыкай
к деликатным манерам.
Баранщиков так струсил, что не стал отлагать своего намерения нисколько, а немедленно пошел в Галату и разыскал там русского казенного курьера, приехавшего из Петербурга с бумагами
к послу. Баранщиков расспросил у курьера, как и через какие города надо
ехать до российской
границы. Другого источника он для этой справки не придумал. Время же тогда приближалось
к магометанскому Рамазану, и Баранщиков, как турецкий солдат, должен был идти на смотр
к великому визирю и получить жалованье.
Клементьев. То было ли хоть раз, что я заигрывал с вами? Как же это в то время я обольщал вас? А теперь? Или за
границею мало девушек, некого было обольщать? Если бы мои мысли были об этом, некогда было бы мне и вспомнить про вас, расстаться с тою жизнью, чтобы
ехать сюда. Там лучше жить, нежели у нас. Вы сама, Наденька, можете понимать это. Вы видите, самые лучшие вещи, какие у нас есть,
едут к нам из-за
границы. Зачем же бы мне
ехать назад, если бы вы не были для меня милее всего на свете?